Губернатор произнес программную речь на «малом региональном госсовете». Назову его так условно, поскольку краткого названия еще не придумали, а официально оно звучит излишне тяжеловесно.

Впервые, после инаугурации, в Большом зале заседаний администрации области собрались все, кто определяет нынешнюю политическую жизнь Волгоградской области. Не было лишь мэра Волгограда Романа Гребенникова. Это было замечено, хотя его пытался заменить вице-мэр Александр Калинин. Не удалось. Причину отсутствия мэра пытались представить как уважительную – Гребенников якобы в этот день встречался с министром транспорта Игорем Левитиным. Якобы по важному вопросу. Доказательств представлено не было. На слово Калинину давно уже не верят. Впрочем, как и Гребенникову.

Политический бомонд рассаживался шумно, активно делясь мнениями. Но мест в зале все равно не хватило. Когда вошел губернатор Анатолий Бровко в зале заметно стихло, как будто щелкнуло выключателем. Эффект превзошел ожидания – физически ощущалось присутствие Главного. Так рабочие, требующие выплаты задолженности по зарплате, стихают, когда заходит директор. Тот, кто волен принимать на работу, и увольнять. Хотя в зале были в основном избранные. То есть, формально независимые. Наемных – единицы.

Через минуту понимаешь причину возникшей тишины.

Кадровая чистка, которую устроил Бровко – сюжет для треша под названием «Адская резня бензопилой». Но «треша» локального, для узкого круга. Зачистка еще не закончилась. И многим это известно. И многим это не нравится…

На первом ряду справа - «старые» замы и новые замы главы администрации демонстрируют кадровую стабильность и преемственность. За ними остатки аппарата, а уже далее районные и городские главы. Их не менее тридцати.

В середине зала – областные и городские депутаты. Люди богатые, степенные, уверенные в себе. «Единая Россия» - практически весь политсовет и фракция. Слева журналисты и малая часть «оппозиционных партий» - 6 коммунистов, два справоросса и два члена ЛДПР. Среди них почему-то оказался лидер фракции единороссов – Сергей Булгаков. Ему выступать, наверное, поэтому он и ближе к сцене.

В зале собрались люди, наделенные реальной властью и наполненные деньгами разных бюджетов – районных, поселковых, городских… и своих личных. То есть – еще и предприниматели. Все они влиятельны в своих вотчинах и организациях. В зале политики, чье благополучие и влияние зависит от многих факторов, но теперь и от губернатора. Они понимают, что меняются условия, меняются правила игры. Но как, это они хотят услышать. Поэтому в зале аншлаг.

Предпринимателей немного. Хотя им-то новые «правила игры» интересны не менее. Для бизнеса, пожалуй, самым важным остается последовательность власти в принятии ключевых решений и соблюдения договоренностей, если таковые будут. Это называется инвестиционный климат. Для бизнеса важно, чтобы климат был не жарким, и не критично прохладным. Пусть он будет умеренным. Но самое главное, чтобы «прогнозы погоды» были реальными.

На сцену в президиум Бровко проходит в сопровождении двух человек. Все логично, на первый взгляд. По правую руку от него садится спикер областного законодательного собрания Владимир Кабанов, слева вице-губернатор Сергей Ильин. Можно не придавать особого смысла данной рассадке в президиуме. Возможно, все это получилось случайно.

Справа - лидер реготделения правящей партии, слева - человек, вполне подходящий на роль идеолога новой администрации. Обоим Бровко, кажется, доверяет. С ними советуется, шлифует формулировки. Больше в президиум никого не приглашают, чтобы не утяжелять процедуру общения с другими партиями. Бровко подчеркнуто корректен, и призывает всех политиков быть членами его команды. Присутствующие одобрительно кивают, однако не сразу поймешь, верят или нет.

Это первое послание нового губернатора политической элите региона. В нем он активно проецирует послание Президента РФ на политическую почву волгоградского региона. Первые десять минут зал старательно внимает оратору. Кто-то даже делает вид, что записывает тезисы.

Сам посыл к согласию и политической конкуренции формален. Так врач советует больному астмой полоскать горло шалфеем. Не поможет. Но, что-то же делать все равно надо! Однако, формальности соблюдены. Более того, соблюдены правила приличия. Все получили трибуну. Всем дали высказаться и выпустить пар.

О чем говорит Бровко? О борьбе идей или борьбе идеологий? Что ему ближе – плюрализм мнений или монополия на принятие решений. Как начинающий публичный политик он провозглашает цивилизованную дискуссию, но как управленец предпочтет жесткую вертикаль. Ведь на первом месте окажутся все же деньги, ресурсы – доступ к которым Бровко-губернатор постарается ограничить всем, кроме своего окружения и тех групп, которые будут поддерживать его стратегию и тактику.

О деньгах и инвестициях Бровко говорит только под занавес беседы, когда выступления закончены. Однако в официальном сообщении выносятся такие тренды, как «корпоративность и конкурентоспособность». «Это наша двуединая основа модели развития. Весь потенциал области должен быть мобилизован на успех», - отмечает губернатор.

Как тут поспоришь? Что такое «конкурентоспособность» - понятно. А как быть с «корпоративностью»? Если речь идет о сообществе индивидов для достижения личных целей, то с исторической точки зрения, это, скорее средневековая политическая модель. В «корпоративную модель» чужих не пустят.

Первое впечатление – свой текст Бровко как будто увидал впервые. Именно в таком виде, в каком он его читал. То есть, все тезисы ему знакомы, только эта окончательная редакция оказалась слишком уж замысловатой.

Создается впечатление, что Бровко искусно играет роль начинающего политика, не имеющего опыта публичных выступлений. Как будто директор промышленного предприятия случайно заглянул на совещание партактива… И, порой, кажется, что, вот – секунда – и он отдаст политику на откуп другим. Тому же самому Кабанову или Ильину, или еще кому-то, кто подойдет на эту роль, а себе оставит экономический блок, которому был так верен последнее время.

Но позволят ли ему это сделать? И захочет сам он сделать это? Если ты не захочешь взять власть, ее возьмут другие. Вряд ли Бровко отдаст ее так просто. И вряд ли он захочет нести ответственность за огрехи «Единой России». Выбор у него небольшой: либо самому брать в руки бразды правления в региональном отделении, либо снять с себя ответственность за все, что здесь происходит по партийной линии.

Лидеры фракций в своих выступлениях старательно отрабатывают тему нарушений выборного процесса. Административный ресурс – корень зла. Но и лакомый кусок. Каждый понимает, считать голоса избирателей приятней, когда знаешь, что считаешь их именно ты.

Приводятся примеры нарушений на избирательных участках. Выступления напоминают семинары по менеджменту, когда все выступающие заученно тестируют алгоритм действий при форс-мажорной ситуации: она в целом ясна, все знают, что изменить ничего нельзя, но не выступить нельзя.

Коммунист Паршин тяжеловесно вбивает гвозди в крышку существующей политической системы и предлагает изменения, которые возможны только при совершении государственного переворота. При этом, он сразу же предупреждает, что никаких антиконституционных мер КПРФ предлагать не будет.

Справоросс Олег Пахолков срывает аплодисменты, когда сравнивает случайно победившего кандидата «ни-от-кого» на выборах в каком-либо районе с чингачгуком. Зал веселится.

Булгакова слушают напряженно и без интереса. Он не пользуется во фракции авторитетом и у многих это написано на лице. Булгаков говорит по бумажке, сбиваясь и путая слова. Все о том же – «политическое согласие», «партия победитель», «необходимо соблюдать законы». Заученные и пустые формулировки раздражают.

Под занавес встречи спикер Думы и главный региональный «единоросс» Владимир Кабанов вносит еще больше веселья. Указывая на Бровко, Кабанов в своем кратком спиче произносит фразу, обреченную стать крылатой: «Вот вам единственный памятник. Его поставил Президент». Бровко закрывает лицо руками, ему неловко, но видно, что фраза Кабанова его развеселила.

При этом, зал принимает такой посыл: назначение Президента РФ Дума приняла почти единогласно. А, стало быть, фундамент у «памятника» устойчивый. По крайней мере, в ближайшие два года, пока не начнутся выборы нового Президента РФ.

Однако, сорокаминутная речь Бровко не более чем декларация о намерениях. Именно этого хотели услышать собравшиеся в зале?

Ведь ничего не было сказано ни о структуре управления администрации, ни об экономической стратегии новой команды. Возможно, Бровко и не собирался об этом говорить до поры до времени. Вот только районным главам, значительная часть из которых - «единороссы», обтекаемые формулировки о создании «политического рынка» не добавили ясности? Опять же, как быть с нищенскими бюджетами, которые никак не хотят наполняться скупыми крохами налогов и дотаций? Как быть с социальными обязательствами, благоустройством, аграрным сектором, рынком сбыта сельхозпродукции?

«Синдром политического согласия» - это почти тавтология. Почти «масло масляное». Слово «синдром» (не в медицинском толковании) и так обозначает согласие или «управление вместе». Это буквально. Но есть и медицинская терминология. И, в этом случае, синдром - набор обнаруженных характеристик болезни. Немного жестковато, если применять к стремлению власти добиться политического согласия.

Казалось бы, согласие – благо для общества. Согласие, но не соглашательство. А в соглашательстве есть нечто рабское.

И вообще, остается непонятным и не понятым – почему именно сейчас, в период, когда экономическая составляющая куда более занимает элиту, Президент, а за ним и губернаторы, говорят о реформировании политической структуры в России? И еще более настойчивей, предлагается использовать интернет-пространство, как площадку для политических дискуссий. Или Россия уже сейчас готовиться к неким политическим переменам?

Первое выступление нового губернатора Анатолия Бровко показательно по нескольким позициям. Все они были названы, и повторяться я не хочу. Для меня видно главное: у Бровко на сегодня  есть огромный кредит доверия, который он может с успехом использовать. Но, вместе с тем, к новому губернатору  относятся настороженно, за каждым его шагом следят, все его ошибки будут подмечены.  На сегодня у Бровко практически нет оппозиции...

 И еще, Бровко сам просматривает новости в Интернете, и его мнение формируется независимо от того, кто «подносит патроны». Он трудоголик, предпочитает сам докапываться до истины.